Как тайфун «Лайонрок» изменил лес в Приморье

Спустя десять лет после разрушительного тайфуна «Лайонрок» учёные Сихотэ-Алинского заповедника подвели первые итоги восстановления леса. Несмотря на колоссальные разрушения, экосистема демонстрирует устойчивость.
6 сентября, 2026, 07:43
1
Источник:
static.vl.ru
В 2016 году тайфун «Лайонрок» за час повалил деревья на площади 36 тысяч гектаров в Сихотэ-Алинском заповеднике, что сопоставимо с четырьмя площадями Русского острова. Ущерб превысил последствия всех пожаров за предыдущие полвека.
Источник:
static.vl.ru
Сразу после стихии учёные заложили пробные площади для мониторинга. На гектарной делянке Л1 в 2017 году почти все деревья лежали, лишь по краям сохранились живые стволы, а в центре уцелело несколько крупных кедров. Сотрудники с трудом пробирались через завалы, даже рулетку протянуть было сложно.
Источник:
static.vl.ru
Лесовед Светлана Бондарчук вспоминает: «Когда случился „Лайонрок“, мы поначалу были в растерянности и не знали, как лес отреагирует. Раньше мы имели дело с пожарами или рубками. А здесь лес просто вывалило ветром».
Источник:
static.vl.ru
К 2025 году на делянке Л1 уже поднялся молодой лес. Подросшие деревья достигли 10–14 см в диаметре. Среди них преобладают берёзы, клёны, вишня Максимовича и молодая пихта. По принятой методике, деревья начинают учитывать в древостое при диаметре ствола не менее 6 см, и многие уже официально введены в учёт.
Источник:
static.vl.ru
Бондарчук отмечает: «Сейчас на кадрах видно, как встаёт новый лес. Идёт смена через пионерные породы, но уже понятно, что со временем здесь восстановится прежний тип леса. Возможно, процент лиственницы будет иным, но через поколение или два здесь снова будет стоять кедровник».
Хвойные породы неожиданно хорошо перенесли резкое осветление. Молодые кедры, ели и пихты, ранее росшие под густым пологом, оказались на открытом солнце. Учёные опасались ожогов хвои и гибели подроста, но растения показали впечатляющие результаты.
«Хвойные породы дали поразительные приросты: ели прибавляли по 40 сантиметров в год, кедры – по 20-30 сантиметров. Под густым пологом такого взрывного роста верхушечного побега никогда не наблюдается», – рассказывает Светлана Бондарчук.
Хотя берёзы и лиственницы растут быстрее и перехватывают свет, кедровый, еловый и пихтовый подрост сохранился в достаточном количестве и продолжает расти даже в тени нового лиственного яруса.
Опасение вызывало и огромное количество полегшей древесины, которая могла стать источником пожаров. Однако через несколько лет вывалы покрылись лианами – актинидией и лимонником. Они создали плотный полог, под которым темно, жарко и влажно, что ускоряет разложение древесины грибами и насекомыми.
«Под этим одеялом из лиан поваленные кедры не высыхают на солнце, – объясняет Бондарчук. – Такие законсервированные стволы перестают быть горючим материалом. Я считаю, что именно эта особенность нашей растительности спасла заповедник от катастрофических пожаров».
Устойчивость уссурийской тайги связана с её биоразнообразием. Пока кедры выпали, их роль временно выполняют клёны, лиственницы и осины. В монодоминантных лесах восстановление было бы гораздо сложнее.
Последствия тайфуна ощущаются до сих пор. Часть повреждённых деревьев не погибла сразу, некоторые лежали, но продолжали плодоносить. Учёные советовались с японскими коллегами, как учитывать такие деревья. К 2023 году большинство из них окончательно погибло, поэтому запас древостоя пока снижается – подрост ещё слишком мал для компенсации.
Среди отсроченных эффектов – усыхание елей с поверхностной корневой системой, которые могут оставаться зелёными два-три года, а затем внезапно погибнуть. Также вывалы способствуют размножению короедов, которые при высокой численности атакуют и здоровые деревья.
Сейчас постветровальный эффект идёт на спад, но этот случай показал, что последствия экстремальных событий нельзя оценить за один сезон – лес реагирует на них годами.
Спустя десятилетие на месте сплошного вывала стоит молодой лес, а под пологом пионерных пород подрастают кедры, ели и пихты. Лианы защищают поваленные стволы, грибы и насекомые возвращают питательные вещества в круговорот.
«Для лесных экосистем десять лет – это лишь начало пути, – говорит Светлана Бондарчук. – Хотя климат меняется, и мы не можем с уверенностью сказать, повторится ли в точности прежний состав пород, тенденции к восстановлению кедровника очевидны. Мы продолжаем наблюдения и верим, что лес справится».
Источник: Сихотэ-Алинский заповедник. Материал опубликован на NewsVl.Ru 06.09.2026.
Читайте также