Новые арт-объекты во Владивостоке: от мышек до нанайских легенд

Двухнедельный интенсив для магистрантов первого курса направления «Цифровое искусство» провёл руководитель арт-объединения «33+1» Павел Шугуров. Студенты разместили свои работы вдоль маршрута от сопки Почтовой через улицу Суханова до Мордовцева и Адмирала Фокина. В отличие от прошлых лет, когда объекты создавали на Пушкинской, в этот раз локации изменили.

Первая работа появилась на старой подпорной стене в Почтовом переулке. Полина Лохова и Софья Григорьева использовали существующие ниши в каменной кладке и поместили туда четыре картины с птичками, кротами, белками и мышками. Проект назвали «В каждом уголке». Мышиная нора — отсылка к произведению Виталия Бианки «Лис и мышонок», где есть строки: «Мышонок, мышонок, а я тебя подстерегу! А у меня в норке спаленка». Картины выполнены красками на деревянных основаниях.

Рядом, на той же подпорной стене, Татьяна Бутакова создала барельеф, посвящённый давлению на женщин. Среди ключевых слов — «мизогиния», «сталкикинг», «стеклянный потолок», «насилие». В центре композиции — согнутая фигура. Материалы — самовысыхающая глина и эпоксидная смола.

Анна Филончикова оформила серию табличек с добрыми посланиями, вдохновившись фразой «Твори хаотичное добро». Как она отметила, «все фразы, которые у меня на табличках, не выдуманные – они подсмотрены с надписей на стенах во Владивостоке. Просто я это преобразовала в что-то более монументальное».

Анонимное арт-объединение Key Cap представило проект Message, изображающий переписку двух людей, находящихся далеко друг от друга.

Андрей Калашников установил гипсовую фигуру на пригорке у заброшенного детдома на сопке Почтовой. Работа называется «Одиночество». По словам автора, «это человек, сидящий где-то не в обществе, а один. Он весь из себя такой угловатый, потому что это показывает его внутреннюю несобранность. А одинок он не потому, что он пришёл к этому решению осознанно, он хотел бы выбраться из этого состояния, но не может, потому что не знает, как».

На бункере НКВД и пригорке между институтом искусств и бывшим корпусом ДВГУ на Суханова, 8, появилась серия абстрактных фигурок. Авторы — Анастасия Карпунина, Артём Курпас и Арина Соколова. Идею подсказала цитата Бориса Гройса: «Тексты об искусстве служат защитным покровом для необычных произведений, ведь те приходят в мир обнажёнными и просят одеть их в слова». Фигурки «прикрываются» надписями, а одна — фигурка ТЭЦ — стоит без текста.

Саша Атакова и Аяна Доржиева нарисовали маленьких красных человечков вдоль дорожки от Суханова к Петра Великого. Они поднимаются по лестнице подземного перехода, ползают по столбам, поливают цветок. «Идея зародилась от ощущения скуки и однообразия городской среды. Мы хотели добавить игру с пространством и восприятием и с помощью фигур в повседневный маршрут внести элементы игры и неожиданности. Проект очень гибкий – фигурки не привязаны к мифологии места, поэтому их можно реализовывать в разных городах», — пояснили художницы.

На косогоре у входа в подземный переход на Суханова Дарья Хрущёва разместила конструкцию из тросиков, проволоки, тюля и застывающей глины, напоминающую жутковатое растение. «Я хотела сделать образ точки невозврата, когда живое становится некроорганическим. Моя композиция – это подобие цветка, растения, корни которого уходят в каменистую почву, в тёмную нору, над которым висят саваны. Также у меня тут прикольные маленькие черепушки, как знак того, что некроорганическое поглощает живое», — объяснила своё исследование мутации бытия под техногенным влиянием автор.

Светлана Попова установила на Суханова, у начала лестницы к Петра Великого, арт-объект в виде канализационной трубы. Она обработана самозастывающей глиной и акриловыми красками, имитирующими ржавчину и потёки. Труба, по замыслу, «дышит на ладан» — в заплатках и пластыре, автор даже думала прикрепить подорожник. «У меня как-то на полгода отключили воду в общежитии, а бойлера там нет. Эта труба – символ коммунальной проблемы, во Владивостоке с трубами всё плохо. Тебе говорят, что скоро всё починят, но ничего не меняется, а трубы продолжают ломаться», — рассказала Попова.

Елизавета Рощупкина выбрала для своего манифеста пятиэтажку на сопке Почтовой (Суханова, 8д). Центральная часть здания кирпичная, но углы обиты профнастилом, который, по мнению художницы, выглядит спорно. Прямо на профлист она нанесла барельеф — копию большой композиции со здания ГУМа. «Владивосток очень красивый, с интересной архитектурой. Но бывает, что здания уродуют профлистом. Когда остальной фасад из кирпича, выглядит это, мягко говоря, не очень», — отметила автор.

Наиболее идейно проработанный проект представила команда «Люк Скайокер» — Даша Дмитриева, Анастасия Кольченко и Валерия Горчакова. Они разрисовали три люка, посвятив их культуре нанайцев. Проект называется «Путь Буй» — подземный мир в нанайской мифологии. Первый люк во дворе на Адмирала Фокина, 5, изображает героя Хадау, пронзающего луком два лишних солнца. Второй — на проходе у Мордовцева, 8а — показывает шамана, путешествующего по реке Энгдегит на бубне; река течёт в трёх мирах и шаман сопровождает души. Третий люк во дворе Мордовцева, 8, демонстрирует души, следующие по реке к порталу в подземный мир Букит, где они перерождаются. «Этим проектом нам хотелось бы немного популяризировать культуру малочисленных народов Приморья. Нанайцев, например, сейчас всего около 16 тысяч осталось. Хочется, чтобы их культуру помнили», — поделились участницы команды.