Дальневосточных леопардов перевозят в Уссурийский заповедник

Из Хасанского района в Уссурийский заповедник переселяют дальневосточных леопардов — когда-то эти кошки жили и там. Переезд стартовал в 2023 году. Новую старую родину обрели восемь особей: шесть поймали, а двое пришли сами — такое случилось впервые за полвека. В нынешнем сезоне разрешение на отлов действует до 20 ноября, однако пока не поймали ни одного зверя. Процесс непростой и полон тонкостей.

Эту кошку с серо-голубыми глазами (у котят они абсолютно голубые) называли по-разному: амурский леопард, амурский барс, а во времена Владимира Арсеньева — маньчжурская пантера, хотя местные звали её барсом. Дальневосточный леопард занесён в Красные книги России, Международного союза охраны природы и другие охранные документы. Вид находится на грани исчезновения. С 1956 года охоту на него запретили, и зверь не повторил судьбу исчезнувшего в Приморье красного волка.

Прежде кошки обитали в Корее, Китае, доходили до Ханки. Затем остались только на узкой полосе в районе Славянки и заповедника «Кедровая падь». В начале века леопардов насчитывалось всего 35. В 2012 году создали нацпарк «Земля леопарда», и ситуацию удалось переломить. Как? Пресечение браконьерства, экологическое просвещение, тушение пожаров, зимняя подкормка копытных.

Кошек прибавилось, и в 2024 году организовали трансграничный российско-китайский резерват «Земля больших кошек». Сегодня здесь 222 леопарда, одного на днях насмерть сбила машина. Этот зверь одиночный, преимущественно ночной, у каждого свой участок, который он использует множество лет. У самца — до 316 квадратных километров, у самок — до 128. Чтобы расширить ареал, кошек теперь переселяют, объясняет старший научный сотрудник института проблем экологии и эволюции имени А. Н. Северцова РАН Мария Ерофеева:

Уссурийский заповедник создали ещё в 1934-м, а в 2019-м он «отошёл» дирекции заповедников «Земля леопарда». Его начали развивать, чтобы кошки сюда вернулись. Но уйти в эту сторону им мешает Транссиб, трасса Владивосток — Хабаровск, широкая полоса у Раздольного. Леопарды, в отличие от тигра, которого сейчас раза в три больше, не выходят на открытые места. Эта кошка скрытная и пугливая. Было всего два случая, когда самец и самка сами прошли сквозь все опасности, «просочившись» в районе Алексеевки. И люди подумали — надо судьбу поторопить, кошке нужно расселяться. За реализацию проекта взялись учёные из института имени Северцова при поддержке АНО «Дальневосточные леопарды».

В 2023-м и 2025-м (2024-й пропустили) переселили четырёх самцов и двух самок. Плюс двое «самотёчных» — мальчик и девочка. Сейчас решено сосредоточиться на самках — их нужно больше.

Задача участников проекта — добиться, чтобы леопарды устойчиво размножались и постепенно заселяли пригодные участки. Мария Ерофеева рассказывает, сейчас фиксируют две пары — их территории совпадают.

Размножаются леопарды очень медленно: самки могут беременеть раз в три года. В 80% случаев это один-два детёныша. Живут они в природе 10-15 лет. Отслеживают не только половые вопросы. Важен и возраст — нужны взрослые особи в полном расцвете сил. Старичков оставляют в покое.

Журналисты снимали на кордоне «Синий утёс». Сотрудники московского института поселились в десяти минутах езды, в Барабаше. Говорят, здесь максимальная плотность животных. В нацпарке много территорий с большой плотностью, но отлов там затруднён.

Так что выбрать место для ловушек — ещё та задача, говорит Хосе Антонио:

Пойманного леопарда обездвиживают, садят в перевозочный бокс, где он отходит от наркоза: в «пьяном» состоянии перевозить нельзя, синяков набьёт. И везут в Уссурийский заповедник. Там в обустроенных вольерах леопард денёчек акклиматизируется: всё-таки разница почти в 300 километров. Потом ворота открывают, и вот тебе лес.

А теперь детали. Кроме ловушек, есть сеть фотомониторинга. Зверь в ловушке — сотрудники получают изображение и тут же выдвигаются. Это может случиться в любой момент, днём или ночью, говорит старший инженер КГБУ «Земля леопарда» Виктор Сторожук:

Стреляет Хосе Антонио — из пневматического ветеринарного карабина.

У Хосе внушительный «седативный» список, он работает по всей стране. 15 снежных барсов, больше 30 тигров, леопардов тоже довольно много. Порядка 40 зубров.

Шприц попадает в зверя, он засыпает. Если это мышца — через 5-10 минут. Если сосуд — гораздо быстрее. Важно достать либо лопатку, либо бедро. И избегать попадания в позвоночник — можно повредить. Обычно стреляют с 25-30 метров. И да, нужно подобрать обзор.

Нужно, чтобы зверь не видел людей и не нервничал — это важно. Любой седативный препарат хуже действует, если животное перевозбуждено. Когда выясняется, что зверь в ловушке, стараются управиться как можно быстрее, чтобы тот пробыл в ней как можно меньше. Стреляют, выжидают, проверяют — уснул ли, и начинают с ним работать. На всё про всё есть примерно час. Если животное подлежит перевозке, укладывают в транспортировочную клетку.

С помощью бинокля определяют вес и пол. С полом редко ошибаются, чаще — с возрастом. Но на месте с этим определяются быстро. Узор леопарда — как отпечатки пальцев. А в нацпарке огромная база данных: известно, например, в каком возрасте леопард впервые снялся, и всё встаёт на место. Совершенно незнакомого зверя ловят крайне редко — как правило, уже есть какая-то история. Есть специалист, который быстро определяет зверя по пятнам, пока остальные работают. Выясняется возраст, принимается решение — везти или нет.

Кроме того, иногда нужно отвлекать внимание зверя. Поэтому страховщик может подойти сбоку, чтобы тот на него отвлекался и выставил бок — тогда попадаешь куда надо.