«Никола, ты что робишь?»: сахалинский разведчик о вылазке

В мае 2022 года старший сержант Джалил, служивший по контракту в гвардейском армейском корпусе на Сахалине, в составе группировки войск «Восток» прибыл на изюмское направление. Разведчики заняли позиции в лесу, который из‑за очертаний на карте прозвали «Крабом». Их задачей было перекрыть дорогу Славянск – Харьков, по которой шло снабжение украинских сил.

Медоед добровольно вошёл в диверсионно-разведывательную группу. Вместе с сапёром бойцы взяли противотанковые мины и отправились в рейд. Джалил установил мину прямо в лужу, надеясь, что вода её скроет. Сапёр возмутился: «Кто так мину ставит? Вода уйдёт и увидят!» – но Медоед настоял на своём.

Едва группа отошла, послышался гул МТ-ЛБ. Это была машина противника – на том участке у дальневосточников «мотолыги» не ходили. Прогремел взрыв, и окрестности огласили крики раненых врагов.

«Мы сразу побежали туда. Смотрю, тягач подорвался на моей мине, которую в луже ставил. Там вокруг тела лежат, как оказалось, иностранцев, у них на жетонах надписи соответствующие. Открыл кормовые двери – внутри раненые. Закрыл, прикрыл всё ветками, чтобы не вылезли. А ещё двое убегали – тащили большого, в два раза крупнее меня, судя по погонам, – иностранного офицера. Он уже умирал, кровь изо рта шла», – вспоминает Медоед.

Боец доложил командиру о «важной птице» и получил приказ тащить офицера в тыл, но пленный скончался. Позже подошло подкрепление, организовали засаду. Группа противника, снимавшая мины, из‑за плохой видимости зашла прямо на позиции дальневосточников. Начался бой – крупнокалиберный пулемёт косил всё вокруг.

«Со мной было четыре человека. Группа состояла из водителей и тех, кто занимался хозчастью, даже повар с нами был, позывной „Бокс“. Зайдя в „Краб“, мы столкнулись с проблемой: враг оборудовал хорошие позиции и ощутимо превосходил нас численностью. Но мы – дальневосточники, которые никогда не сдают назад. Первую позицию, кстати, забрали благодаря нашим ребятам с островов Кунашир и Итуруп», – рассказывает сержант.

После того как рота островитян потеснила противника, между позициями образовалась серая зона. Медоед решил обследовать её в одиночку – для скрытности. Он надел мультикам с украинскими флажками и жёлтую ленту, добытую ранее. В ничейной зоне, простреливаемой с обеих сторон, разведчик собирал трофеи и, поднимая пулемёт, был замечен. Противник, приняв его за своего, крикнул: «Никола, ты что робишь? Там орки, не ходи, ползи».

«Подхожу, поднимаю ветки – заработала рация противника: „One, two, three, four“. Сидят два украинца, тут они меня увидели, один поднял автомат. Я молчу, понял, что акцент выдаст. Он увидел жёлтую ленту: „Что ты, свой, что ли? Там дохлые лежат, не трогай их“. Думали, я еду привёз. Я всё просчитал, и пока он отвлёкся на автомат, рванул к дереву и дальше, к склону. Началась стрельба, но по мне не попали», – делится Медоед.

Навстречу спускались бойцы бригады спецназа. Они едва не открыли огонь по разведчику – он шёл с той стороны, вооружённый, с жёлтым скотчем. «Повезло, что там был Бокс. Он меня узнал, закричал: „Это наш, не стреляйте!“» – говорит Джалил. Спецназовцы помогли донести трофеи до позиций. Рейд завершился благополучно.

Через некоторое время группу Медоеда отправили в секрет у дороги. Ночью начался дождь. Дальневосточник заметил движение, разбудил напарника. Тот посмотрел в прибор ночного видения и замер: «Там кто-то есть». Джалил взял РГД‑шку и, когда тени приблизились, кинул гранату. Раздался взрыв, началась перестрелка. Вражеская группа оказалась из хорошо экипированных иностранных наёмников, владеющих тактикой современного боя.

«Я тогда ни одного выстрела не сделал, просто лежал, потому что через мою позицию пули в обе стороны летели, – объясняет Медоед. – Кстати, когда сработала граната, наши начали стрелять и пригнали из тыла „мотолыгу“ с зениткой, которая начала долбить по лесу. По нашему тягачу попытались ударить из РПГ, но не попали. Мы потом немного отошли и окопались заново. Две ночи ждали, но больше враг не сунулся».

Позже другое подразделение пробило оборону и вытеснило ВСУ с участка. Группу вывели в тыл для переброски на южнодонецкое направление. Свой позывной «Медоед» Джалил получил не за свирепость, а за упорство и живучесть. Он ходил в серую зону один, ставил мины, взрывал бронетехнику с наёмниками, ночами караулил врага и снижал его численность гранатами.

После изюмских боёв военная дорога привела гвардейца к опорникам ВСУ под Новомихайловкой, а затем и на Запорожье. Воин уверен, что цели спецоперации будут достигнуты – этого требует долг перед павшими защитниками России. Беседу он завершает словами: «Россия всегда победит. Слава России!»